Что необходимо знать Чейзу Кэри о Формуле 1?

Уважаемый господин Кэри,

Мы не знакомы лично, но в Сингапуре обменялись парой слов. Я тот самый журналист, который спросил у вас на стартовой решетке, бывали ли вы раньше на Гран При Ф1. Вы тогда ответили положительно, а на мой встречный вопрос «Сколько раз?» сказали: «Пару раз». Однако на мое уточнение о том, какие именно этапы вы посещали, вы ответить не успели – вас со словами «Нам пора!» увел Дональд Маккензи…

Я был ничуть не удивлен тем, что шеф фонда CVC вмешался в наш разговор, ведь это он ранее обо мне говорил, что я пишу полную чушь. Кстати, лично я воспринял это как комплимент. Во-первых, мне польстило, что он читает то, что изначально считает бреднями, а во-вторых, я интерпретировал его слова так: «Ты пишешь правду, парень, пусть и малоприятную».

Но я отвлекся, ведь письмо адресовано вам, а не господину Маккензи.

В моем Оксфордском словаре слово «пара» описано весьма размыто и может восприниматься как в буквальном смысле, берущем свое начало в библейских текстах вроде «Всякой твари по паре», так и в переносном, означающем несколько. В любом случае, понятно, что в Формуле 1 вы делаете свои первые шаги.

Как бы то ни было, мне было очень приятно перекинуться с вами парой слов, поскольку, не считая обязательного интервью официальному сайту Ф1 и нескольких непродолжительных бесед с телевизионными компаниями, в целом в Сингапуре вы вели себя с прессой довольно сдержанно.

На следующем этапе в Малайзии вы, увы, не появились, но в будущем нам бы очень хотелось лицезреть вас и на Сепанге, пусть там и не такая роскошная атмосфера, как в Сингапуре.

Я допускаю, что на автодроме Марина-Бэй вы избегали разговоров со СМИ по причине того, что в компании Liberty Media пока не до конца разобрались в своей покупке. Для человека вашего калибра, должно быть, есть причины держаться подальше от прессы, особенно сразу после заключения 8-миллиардной сделки. Честно говоря, я не очень это понимаю, но, вероятно, у вас были свои мотивы.

В любом случае, в ближайшем будущем вас ожидает масса забот. Люди с более чем пятью сотнями Гран При в активе давно привыкли к тем решениям, которые принимаются или, наоборот, не принимаются в Формуле 1. Кроме того, в этом мире очень трудно найти людей, которым можно всецело доверять – всем давно известна прописная истина Ф1 о том, что враг твоего врага – твой друг. Поверьте мне, паддок так устроен, что здесь у вас всегда будет больше врагов, чем друзей.

Количество личных интересов, окружающих каждую тему для обсуждения в Формуле 1, вычисляется простым математическим способом. Просто удвойте количество людей и/или команд, вовлеченных в конкретный вопрос, поскольку практически каждому участнику дискуссии кто-то сверху диктует еще и свое личное видение ситуации, обычно в корне не совпадающее с любым принятым решением, а затем старается всеми путями противодействовать постановлениям, принятым на демократической основе.

Нынешние обсуждения вопроса, связанного с местом проведения предсезонных тестов предстоящей зимой, – великолепный тому пример. Еще несколько месяцев назад все спортивные директора команд сошлись на испытаниях в Барселоне с конца февраля по начало марта. После этого в Монце исполнительный директор Pirelli заявил о желании шинников перенести тесты в «жаркий» Бахрейн, несмотря на то, что разница в температурах в это время года между этими двумя точками на карте не превышает семи градусов.

Тут же подключился один из руководителей Mercedes Ники Лауда, присоединившийся к предложению Pirelli, после чего быстро нашел союзников в лице команды McLaren, владельцы которой являются акционерами трассы в Бахрейне, и Ferrari, которые, судя по всему, соблазнились возможностью лучше протестировать обновления системы охлаждения. Таким образом, у независимых команд просто не осталось никаких шансов сдержать сопротивление, несмотря на огромную разницу в деньгах на проведение тестов в Испании и на Сахире.

При этом статья 10.6(g) действующего спортивного регламента гласит: «…Два испытания машин общей длительностью не более восьми дней могут быть проведены на европейских (заметьте!) автодромах, получивших соответствующий статус от FIA».

Проведение тестов в Бахрейне противоречит пункту 10.6(d), по которому делать это можно лишь с согласия большинства команд и FIA. А поскольку окончательное решение еще не принято, производители моторов начинают подковерную игру по принуждению своих клиентов голосовать так, как выгодно им – этот эпизод великолепно демонстрирует систему принятия решений в современной Ф1.

Я понимаю, что для человека вашего масштаба это может не представлять никакого интереса, но эта ситуация как нельзя лучше обнажает главные проблемы в руководстве Больших Призов, практически парализующие спорт, а именно опровержение и игнорирование всего и вся.

Если бы тесты перенесли за пределы Европы, Большие Призы рисковали потерять часть клиентов в лице самых преданных болельщиков, многие из которых посещают зимние тесты в Испании, спонсоров команд и FOM, традиционно приглашающих гостей зимой в Барселону, а также независимых команд и представителей СМИ, многим из которых пришлось бы провести в Бахрейне целых две недели.

Сейчас много говорится о проблемах Формулы 1 и недостаточном использовании потенциальных денежных потоков от взаимодействия с социальными сетями, цифровыми платформами, игровой индустрией и технологиями виртуальной реальности. Кроме того, очевидно, что в спорте недостаточно используют американский и азиатский рынки. Конечно, необходимо рассматривать все без исключения возможности, ведь иначе можно недосчитаться огромной армии поклонников.

Насколько я понимаю ситуацию, в настоящее время вы ограничены в действиях из-за массы контрактов, заключенных FIA, промоутерами, вещателями, командами и спонсорами, многие из которых продлятся до 2020 года, а некоторые – до 2024-го. В этих обстоятельствах будет очень трудно лавировать между действующими соглашениями и одновременно пытаться расширить сферу влияния Ф1. И при этом нужно попытаться сохранить костяк поклонников Больших Призов, которые были преданы спорту в моменты его взлетов и падений. Сложно, но можно…

И здесь мы возвращаемся к моему предыдущему посылу. На протяжении последних 30 лет – с того момента, как Берни Экклстоун завладел правами на Ф1, сначала через FOCA, а затем купив за копейки права у FIA, в то время возглавляемой его давним другом Максом Мосли – Формула 1 достигла небывалых высот в отношении игнорирования мнений не только поклонников, но также всех участников спорта и акционеров. Вы можете ознакомиться с моим письмом господину Экклстоуну, которое я написал ранее в этом году.

После того как фонд CVC выкупил (по сути, позаимствовал) коммерческие права на Ф1, этот принцип отчуждения и игнорирования всех и вся был возведен в культ – в результате стоимость на участие в спорте и наблюдение за ним возросла в разы и превысила уровень спроса. Именно поэтому Большие Призы покинули BMW и Toyota, тогда как другие первенства по-прежнему входят в сферу их интересов, включая WEC и Формулу Е. Это также привело к падению зрительской аудитории и тому, что половина из десяти новых Гран При за последние годы больше не принимают этапы Ф1.

Вы могли заметить, что в настоящее время в Формуле 1 присутствует только четыре автопроизводителя. При этом один из них выпускает автомобили класса люкс, а в спорте присутствует только благодаря своему историческому наследию и привилегированному статусу. Среди трех оставшихся производителей два владеют заводскими командами и еще один поставляет двигатели одному гоночному коллективу.

Задайтесь вопросом, господин Кэри, что именно привело Формулу 1 к такой плачевной ситуации, особенно с учетом того, что когда в спорт пришел фонд CVC, в нем присутствовали не менее семи автомобильных брэндов? Нынешнее положение вещей ярко контрастирует с ситуацией в Формуле Е, где Liberty также имеет долю владения. Вы не можете не знать, что Citroen, Audi и Renault (а также другие марки) уже представлены в первенстве электромобилей, кроме того, Jaguar подтвердил свое будущее участие в конце прошлого года, а BMW и Mercedes – совсем недавно.

В Сингапуре, где мы с вами встретились, традиционно большая активность в паддоке, но если вы присутствовали на «паре этапов», то, наверное, могли заметить, что на некоторых других трассах народу бывает не больше, чем на похоронах у нищего.

Но еще десять лет назад в Формуле 1 все было иначе, как и сейчас в других гоночных категориях. Вероятно, этому должно быть какое-то объяснение, и сводится оно к открытости (вернее, закрытости) современных Больших Призов.

Поднимите бумаги десятилетней давности, господин Кэри, посчитайте количество коммерческих партнеров, включая титульных спонсоров, и сравните его с нынешними цифрами. Если десять лет назад компании боролись между собой за право спонсировать команды, то сегодня на машинах Ф1 меньше спонсорских наклеек, чем татуировок на гонщиках.

Опять же, есть вполне ясная причина того, почему всемирно известные брэнды обходят вниманием Формулу 1, и связана она с отношением к этим компаниям со стороны руководства чемпионата и держателя коммерческих прав. Представьте себе, что Liberty захотела спонсировать команду Ф1 – стали бы вы в этом случае мириться с тем, что вам пришлось бы выпрашивать пропуск в паддок для вас и ваших гостей?

Кроме того, переход на платные каналы одновременно позволил FOM набить себе кошельки, но произошло это за счет снижения фактического количества зрителей, что, в свою очередь, еще больше затруднило командам возможности по привлечению новых спонсоров. Более того, если команды и находят поддержку у компаний, то FOM включает свои мощные рычаги и переманивает их на свою сторону, предлагая им более выгодную рекламную площадку.

Не стоит удивляться, что многие команды испытывают такие трудности. Не беспричинен также и интерес со стороны Еврокомиссии в отношении распределения доходов и структуры управления современной Ф1.

Вполне ожидаемо, что от этого в первую очередь страдает высокотехнологичный спорт, в котором успехи команд почти напрямую зависят от их финансовых ресурсов. Шутка ли, все 70 с лишним Гран При с момента введения новой финансовой структуры в Ф1 в 2013 году были выиграны командами, получающими от FOM премиальные бонусы. Неудивительно, что зрители начали переключать каналы телевизора.

Я лично надеюсь, что в скором времени вы проведете переговоры с одной или несколькими топ-командами и как-то решите вопрос с бонусными выплатами – в противном случае отток болельщиков только усилится.

Помните, как на следующий день после объявления намерений компании Liberty выкупить коммерческие права на Ф1 FIA, являющаяся, по сути, владельцем чемпионата, выпустила пресс-релиз, в котором заявила о том, что ожидает получения подробной информации о предполагаемых условиях сделки и приглашает все участвующие стороны к переговорам по поводу продвижения флагманского чемпионата.

Вас тогда не удивило, что арендатор – а, по сути, держатель коммерческих прав – не ввел в курс дела владельца и законотворца первенства? Это еще один яркий пример того, как происходит процесс отчуждения или игнорирования сторон в современной Ф1 – в данном случае в отношении руководящего органа.

За долгие годы все уже устали от постоянной политической борьбы между FIA и FOM. Поклонники Формулы могут только надеяться, что с вашим приходом эта ситуация хоть как-то нормализуется на благо спорта.

Таким образом, мы подошли к самой сути этого письма. Мне кажется, что сейчас очень бережный – нежный, если хотите – подход к управлению спортом может в краткосрочной перспективе дать гораздо большие плоды, чем любые глобальные планы по привлечению в Ф1 массовой аудитории.

Поверьте, у Формулы 1 есть огромная армия почитателей и болельщиков, которые ждут, чтобы к ним прислушались и хоть как-то признали их существование. Сейчас же всё, что они видят от руководства чемпионата, – это постоянное повышение цен на билеты и просмотр гонок по телевизору, а также ограничение доступа в паддок. То же самое можно сказать и о потенциальных спонсорах, которые при должном к ним отношении были бы не прочь вложить деньги в Большие Призы.

Всё, что для этого нужно, это поменять одну букву «З» на другую – закрытость на заботу. У вас, господин Кэри, достаточно власти, чтобы привить Формуле 1 привычку заботиться о тех, кого она приручила. Заботиться о болельщиках, о спонсорах, о вещателях, о промоутерах, о партнерах и, в конечном счете, о самой Формуле 1.

С учетом тех миллиардов, которые Liberty уже вложила в Ф1, не лучше ли было бы попробовать окупить свои инвестиции путем изменения подхода и философии спорта?

Искренне ваш, Дитер Ренкен.

Источник: autosport.com.ru

Нет комментариев

Добавить комментарий

как получить трафик на сайт Яндекс.Метрика