Автомобильный Китай: от великого до смешного

Dongfeng СА71 внешне копировал французский седан Simca Vedette. Дракон на капоте уже правильный — коммунистический! Сделали всего пять экземпляров.Dongfeng СА71 внешне копировал французский седан Simca Vedette. Дракон на капоте уже правильный — коммунистический! Сделали всего пять экземпляров.

Уже в конце 1950‑х годов в Китайской Народной Республике делали автомобили пятидесяти моделей, включая автобусы, грузовики и даже электромобили! По крайней мере, так писали в тогдашней советской прессе. Правда, наши газеты и журналы в те годы были склонны к преувеличениям. И старательно переводили названия некоторых машин на русский: «Победа над Британией», «Оседлавший ветер», «Богатая жатва», «Скачок вперед». Впечатляет, не так ли?

Писали, что уже в 1958 году китайский Первый автомобильный завод планировал выпустить 70 тысяч машин, а в следующем — все 150 тысяч! Всё это сегодня вызывает большие сомнения. Но именно так, и даже с еще бóльшим количеством восклицательных знаков, рассказывали о братском автопроме советские акулы пера. Тема была актуальна. Ведь Китай, провозгласивший в 1958‑м политику Великого скачка, прекрасно вписывался в сценарий скорой победы мирового социализма, а его автопром был детищем СССР, который и вовсе планировал всего через несколько лет обогнать США по всем экономическим параметрам.

Любое достижение Китая в те годы вызывало восторг. Подчас доходило до смешного. Скажем, советским читателям докладывали, что в КНР достигли невиданных вершин в капремонте грузовиков: двадцать три человека справляются с ним всего за 2 часа 7 минут! А еще на полном серьезе писали, что в братской стране освоили выпуск автомобильных прицепов… из бамбука. При максимальной скорости эксплуатации 50 км/ч такой повозки должно было хватить на год, ну а потом нетрудно сделать новую — себестоимость-то немногим выше цены бамбука.

Совсем скоро, уже в начале 1960‑х, отношения между КНР и СССР резко ухудшились, восторженные статьи о Китае сменились резко критическими, информации о КНР и ее автопроме стало совсем мало. А там, за длинной и высокой стеной, шла своя автомобильная жизнь, весьма интересная.

Тайны китайского двора

Официально автопром Китая родился 15 июня 1953 года, когда в Чаньчуне заработал завод FAW (First Automobile Works, Первый автомобильный завод), начавший выпуск грузовиков — несколько упрощенных советских ЗИС‑150. Для строительства этого завода на московском предприятии создали даже специальное управление, а главная проходная чаньчуньского завода копировала московскую. В 1958‑м заработал пекинский завод BAW (Beijing Automobile Works), тогда же начали выпуск автомобилей в Шанхае. Но помимо грузовиков стране нужны были легковые автомобили (о них мы и будем говорить), хотя бы для чиновников разных рангов. Ведь отношения с СССР испортились, использовать Победы, Волги и ЗИСы стало неприлично, а покупать западные машины китайцам было просто не на что.

Историю китайского автопрома, помимо многолетней закрытости страны, изрядно запутывают названия машин, непривычные для европейского уха и глаза. В середине прошлого века в разных западных изданиях их транскрибировали латинскими буквами по-разному, а иногда, как, например, в советской прессе, переводили, что лишь добавляло путаницы. Вот и имя первого китайского легкового автомобиля — Цзинганшань (это название местности, где впервые возникла китайская советская власть) — имело разные версии: Jingganshan, Chingganshan и даже Tsinganschan. Но главная загадка — сам автомобиль.

Chingganshan, он же Jingganshan, - первый, как принято считать, китайский автомобиль. Машина 1958 года базировалась на узлах немецкого Жука. В точности установить истоки дизайна трудно.Chingganshan, он же Jingganshan, - первый, как принято считать, китайский автомобиль. Машина 1958 года базировалась на узлах немецкого Жука. В точности установить истоки дизайна трудно.

Машина с двухдверным кузовом была заднемоторной, на агрегатах фольксвагеновского Жука. Указывали мощность 36 л.с. Правда, самый мощный мотор Жука в те годы развивал лишь 31 «лошадку», но китайская традиция преувеличивать подобные показатели (если, конечно, не предположить, что в Поднебесной под руководством компартии форсировали мотор и сделали сверхвысокооктановый бензин) — это мелочь. Куда интереснее дизайн машины. Прямых аналогов вроде нет. Средняя часть кузова очень напоминает двухдверный седан Volkswagen Type 3, но он появился лишь в 1961 году. И уж в любом случае советского влияния здесь не было. Причем не только в стилистике, ведь наш заднемоторный Запорожец существовал тогда лишь в опытных образцах.

В серию Chingganshan пошел в четырех­дверном варианте. Но предназначался он вовсе не для частных владельцев. Представить себе их в тогдашнем Китае немыслимо — почти как стриптиз-клубы. Машины, которых сделали всего около полутора сотен, работали в такси. К слову, СССР в этом ушел от КНР далеко вперед: автомобили свободно продавали. Способных купить себе машину было немного, посему в ту пору этот товар у нас еще не являлся дефицитом.

Dongfanghong — вариация на тему Волги ГАЗ‑21. Это, по сути, последний автомобильный плод советско-китайской дружбы.Dongfanghong — вариация на тему Волги ГАЗ‑21. Это, по сути, последний автомобильный плод советско-китайской дружбы.

Кстати, не только наши грузовики ЗИС‑150, ЗИЛ‑157 и ГАЗ‑51 оставили след в истории китайского автомобилестроения, но и Волга ГАЗ‑21. Там же, в Пекине, создали Dongfanghong (Дунфанхун, «Красный Восток»), представляющий собой, по сути, упрощенную Волгу версии конца 1950‑х. Насколько упрощенную? Судить сложно: фотографий тех лет почти нет, а известный сохранившийся экземпляр (всего их, говорят, осталось три) явно неоднократно и неаккуратно ремонтировали. Поэтому определить, что там оригинальное, а что «намыто» временем, непросто. В подготовке производства участвовали даже несколько советских инженеров, которых, правда, в 1960‑м срочно отозвали. До 1969 года «китайские Волги» собирали-таки, но сделали, если верить сохранившимся данным, лишь 238 машин. Капля в океане китайского населения.

Населению, впрочем, было совсем не до легковых машин. Однако в любой стране, даже самой бедной, есть те, кому особенно необходимы автомобили — разумеется, не простые и уж точно не дешевые.

Партаппараты

Китайское руководство осудило СССР за ревизионизм, то есть за признание и осуждение компартией сталинских репрессий. Да и рост благосостояния в СССР Мао Цзэдун воспринял как обуржуазивание. Великому кормчему ездить на автомобилях из страны «неправильного» социализма, конечно, не пристало. Да и партаппаратчикам рангом пониже тоже нужны были свои, патриотичные машины. Эти задачи в конце 1950‑х стали решать заводы BAW и FAW.

Выставка достижений китайского «членовозного» автомобилестроения на площади Тяньаньмэнь. На первом плане нечто неопределенное, до боли напоминающее нашу Чайку или родственный ей Packard. Слева на заднем плане — Beijing CB4, справа — Hongqi CA72.Выставка достижений китайского «членовозного» автомобилестроения на площади Тяньаньмэнь. На первом плане нечто неопределенное, до боли напоминающее нашу Чайку или родственный ей Packard. Слева на заднем плане — Beijing CB4, справа — Hongqi CA72.

Первый автомобильный завод, выпускавший грузовики ЗИС, в 1958‑м соорудил машину Hongqi (Хунцы, «Красное знамя») — почти шестиметровый лимузин с дизайном передка по мотивам американского Крайслера 1955 года, с мотором V8 объемом 5,7 литра и мощностью около 200 л.с. Двигатель, вероятно, тоже имел американское происхождение. Создавая «Красное знамя», китайцы оглядывались на самые помпезные автомобили тех лет. Hongqi CА72 показали в 1960 году в Лейпциге, на престижной в социалистическом мире ярмарке, после чего лимузин стал самым известным изделием китайского автопрома, а его изображения появились в западноевропейской прессе.

В 1960 году на Лейпцигской ярмарке миру представили Hongqi модели CA72.В 1960 году на Лейпцигской ярмарке миру представили Hongqi модели CA72.

Не сильно модернизируя, Hongqi делали более трех десятилетий. Интересно, что в 1970‑е годы изготовили образцы с измененным, осовремененным дизайном, но в серию они не пошли. Вероятно, машина эпохи Великого скачка олицетворяла вечные ценности китайской революции.

Свой вариант «членовоза» предложил и пекинский завод. Выглядел Beijing CB4 менее самобытно, нежели Hongqi, и очень сильно напоминал Buick. Такие машины делали несколько лет — в мизерном количестве.

Рисунок китайского седана Dongfeng из автомобильного ежегодника ГДР представлял и автомобиль, и китайскую жизнь в особенно праздничном виде.Рисунок китайского седана Dongfeng из автомобильного ежегодника ГДР представлял и автомобиль, и китайскую жизнь в особенно праздничном виде.

В мае 1958 года завод FAW начал выпуск автомобиля Dongfeng CA71 (Дунфэн; аналог нашей Волги), предназначенного для чиновников рангом пониже. В переводе с китайского dongfeng — восточный ветер, который, как сказал Мао, «побеждает ветер с Запада». Тем не менее французский дизайн от фирмы Simca сочетали с немецким мотором. Двигатель скопировали с мотора Mercedes-Benz объемом 2,2 литра. Этот двигатель мы еще увидим под капотом другого китайского ­автомобиля.

А пока помяну первенца шанхайского завода — седан Fenghuang (Фэнхуан), он же Феникс (так и писали тогда в советской и зарубежной прессе). Внешне он копировал американский Plymouth Savoy 1955 года. И, по легенде, базировался на узлах нашей Победы. Верится в это с трудом. Совсем уж что-то дикое получилось бы.

Hongqi с годами меняли мало. Лимузин СА770 выпускали вплоть до конца 1990‑х.Hongqi с годами меняли мало. Лимузин СА770 выпускали вплоть до конца 1990‑х.

У лимузина Hongqi была, разумеется, и парадная модификация — открытая.У лимузина Hongqi была, разумеется, и парадная модификация — открытая.

В серию же запустили седан среднего класса Shanghai 760. Сделали его с фантазией: середина кузова — от Мерседеса семейства W120, известного в Германии как Ponton (несущий цельнометаллический кузов), а передок и корму оформили в куда более помпезном американском стиле. Двигатель тот же самый — мерседесовский, 2,2‑литровый. Мощность указывали примерную: 90–95 л.с. (в немецком варианте мотор выдавал 110–140 л.с.). Этот автомобиль, перелицовывая, выпускали до начала 1990‑х, в том числе с кузовом пикап. Годовое производство составляло всего 2000–4000 машин, а рекорд пришелся на 1984‑й: 6010 экземпляров.

Первый вариант шанхайского седана Shanghai 760 с 90‑сильным мотором конструкции Mercedes-Benz, предназначенного для чиновников рангом ниже небожителей.Первый вариант шанхайского седана Shanghai 760 с 90‑сильным мотором конструкции Mercedes-Benz, предназначенного для чиновников рангом ниже небожителей.

В начале 1970‑х на шанхайском заводе сделали и 14 кабриолетов SH 761 с куда более современным, но вновь американизированным дизайном. На этих машинах возили почетных гостей КНР.

В начале 1970‑х для встречи почетных гостей соорудили 14 кабриолетов Shanghai SH 761. Ездить во флагманских Hongqi было позволено не каждому гостю.В начале 1970‑х для встречи почетных гостей соорудили 14 кабриолетов Shanghai SH 761. Ездить во флагманских Hongqi было позволено не каждому гостю.

С парадными и «почетными» моделями в Китае всё складывалось благополучно. А вот с автомобилями для простых смертных… Впрочем, пересаживать граждан с волов и велосипедов на личные машины никто и не планировал.

Сохранилось несколько старых фотографий со смешными, уродливыми маленькими машинками, но про них практически ничего не известно. До наших дней дожил Haiyen HY710 (Хайень), который выпускали в Шанхае в 1968–1978 годах. На нем стоял 13‑сильный одноцилиндровый мотоциклетный мотор рабочим объемом 0,25 литра. Haiyen делали как таксомотор, но даже пассажирам такси в Китае шиковать не пристало. Вид у авто­мобиля такой, что его можно принять за самоделку. Судя по всему, в этом «тарантасе» ­ было немало неоригинальных, заимство­ванных узлов.

Модернизированный Shanghai SH 760. В средней части кузова угадываются черты седана Mercedes-Benz W120.Модернизированный Shanghai SH 760. В средней части кузова угадываются черты седана Mercedes-Benz W120.

Пикапы на базе седанов Shanghai с одинарной, полуторной и двойной кабинами делали вплоть до 1994 года.Пикапы на базе седанов Shanghai с одинарной, полуторной и двойной кабинами делали вплоть до 1994 года.

Один из прототипов Hongqi, созданный в 1970‑е годы, к производству не приняли. Вероятно, он нарушал представления руководства Китая о вечном и прекрасном.Один из прототипов Hongqi, созданный в 1970‑е годы, к производству не приняли. Вероятно, он нарушал представления руководства Китая о вечном и прекрасном.

Три санитарных универсала на базе главного лимузина КНР собрали в 1980‑е годы.Три санитарных универсала на базе главного лимузина КНР собрали в 1980‑е годы.

Лишь после смерти в 1976 году великого кормчего и почти бога Мао, когда у нас ежегодно выпускали более миллиона легковых автомобилей (правда, чтобы купить машину, уже нужно было записываться в очередь), Китай понемногу стал менять промышленную политику. В декабре 1978‑го пленум ЦК компартии объявил, что страна взяла курс на рыночную экономику, и вскоре в практически закрытую прежде державу хлынули западные инвесторы.

В 1992 году китайский автопром отметился выпуском миллиона автомобилей. Для гигантской страны — совсем немного, но и спрос рос не быстро. Автомобили уже продавали всем желающим, но тех, кто мог себе позволить такую покупку, было наперечет.

Haiyen HY710 — представитель немногочисленного племени китайских малолитражек.Haiyen HY710 — представитель немногочисленного племени китайских малолитражек.

Массовый военный внедорожник Beijing BJ 212 с мотором объемом 2,45 литра, скопированным с советского ГАЗ‑21, в разных вариантах делали много лет.Массовый военный внедорожник Beijing BJ 212 с мотором объемом 2,45 литра, скопированным с советского ГАЗ‑21, в разных вариантах делали много лет.

Относительно скоро (по крайней мере в масштабах истории) — в 2015‑м — в КНР произвели за год уже 24 миллиона автомобилей. Автопром Китая занимает теперь совсем другие позиции. Кто мог представить, что на военном параде в Минске будут использовать Hongqi последней модели, да еще и сделанный в стиле лимузинов эпохи Большого скачка? Впрочем, это уже совсем другая тема.

Прототип Hongqi CA774, «лицом» похожий на Maserati Quattroporte, в серию не пошел.Прототип Hongqi CA774, «лицом» похожий на Maserati Quattroporte, в серию не пошел.

Один из первых автомобильных символов китайских перемен — удлиненный кабри­олет на базе Audi 100. Машина по-прежнему называлась Hongqi и была украшена неизменным красным знаменем на капоте.Один из первых автомобильных символов китайских перемен — удлиненный кабри­олет на базе Audi 100. Машина по-прежнему называлась Hongqi и была украшена неизменным красным знаменем на капоте.

Ну а в ранней истории китайского автопрома по-прежнему много неясного и неточного. И это хороший повод вернуться к ней еще раз.

Автомобильный Китай: от великого до смешногоАвтомобильный Китай: от великого до смешного

Источник: zr.ru

Нет комментариев

Добавить комментарий

как получить трафик на сайт Яндекс.Метрика